Клайв Стейплз Льюис. Просто христианство -
39 >
признать, что Он безжалостен и враждебен к людям (потому что Вселенная --
очень опасное место, внушающее неподдельный ужас).
Второй факт, указывающий на Его существование, -- это нравственный
закон, который Он вложил в наш разум. И это второе свидетельство более
ценно, нежели первое, поскольку оно дает нам информацию внутреннего
характера. Из нравственного закона вы больше узнаете о Боге, чем из
наблюдения за Вселенной, точно так же как вы больше узнаете о человеке,
слушая, как и что он говорит, нежели созерцая построенный им дом.
На основании этого второго факта мы делаем заключение, что Существо,
пребывающее за видимой Вселенной, горячо заинтересовано в правильном
поведении людей, в их "честной игре", в бескорыстии их, храбрости, искренней
вере, честности и правдивости. В свете этого нам приходится согласиться с
утверждением христианства и некоторых других религий, что Бог добр. Но не
будем спешить. Нравственный закон не дает нам никаких оснований считать, что
Бог добр в том смысле, что Он снисходителен, мягок, благожелателен.
В нравственном законе не чувствуется никакой снисходительности. Он
тверд как алмаз. Он приказывает идти прямыми путями и, кажется, вовсе не
заботится о том, насколько болезненно, опасно или трудно следовать этому
приказу. Если Бог таков же, как этот нравственный закон, то Он едва ли
мягок.
На данном этапе нам нет смысла говорить, что под "добрым" Богом мы
понимаем такого Бога, который способен прощать. Ведь прощать способна только
личность. Но мы еще не вправе утверждать, что Бог -- личность. Пока мы
пришли к заключению, что сила, которая скрывается за нравственным законом,
скорее похожа на разум, чем на что-то другое. Но это еще не значит, что эта