Клайв Льюис. Последняя Битва -
4 >
схватил ее зубами. Он толкал ее перед собой, путаясь в ней передними
копытами - она была размером с большой каминный коврик и к тому же тяжелая,
холодная и скользкая.
Он бросил ее перед Хитром и стоял промокший и дрожащий, пытаясь
перевести дух. Но Обезьян даже не взглянул на него и не спросил, как он себя
чувствует. Он был слишком занят. Он ходил кругами вокруг этой вещи,
разворачивал ее, сворачивал, обнюхивал. Затем в его глазах показалась злая
усмешка и он сказал:
- Это львиная шкура.
- Э... аа... о... это, - задыхался Недотепа.
- Интересно... интересно... - пробормотал Хитр, задумавшись.
- Интересно, кто убил этого бедного льва, - проговорил Недотепа спустя
некоторое время. - Его нужно зарыть, мы должны устроить похороны.
- О, это не говорящий лев, - возразил Хитру - не беспокойся. Тут до
самой Западной Пустыни нет говорящих зверей. Это шкура немого, дикого льва.
Так оно и было. Охотник, человек, убил льва и снял с него шкуру где-то
в Западной Пустыне несколько месяцев тому назад. Но это не имеет отношения к
нашей истории.
- Все же, Хитр, - сказал Недотепа, - даже если это только дикий, немой
лев, разве мы не должны устроить ему приличные похороны, я имею в виду...
ну... разве не все львы важны, потому что ты знаешь, кто... Ты понимаешь?
- Не забивай свою голову такими мыслями. Недотепа, произнес Хитр, - ты
ведь сам знаешь, что не силен в размышлениях. Мы сделаем тебе из этой шкуры
отличную зимнюю одежду.
- О, не думаю, что мне этого хочется, - сказал ослик. Это будет
выглядеть как... Ну, я имею в виду, что другие звери могут подумать... или,
можно сказать, я буду чувствовать себя...
- О чем ты говоришь? - спросил Хитр, почесываясь по-обезьяньи.
- Я не думаю, что будет уважительно по отношению к Великому Льву,