Клайв Стейплз Льюис. Чудо -
21 >
-- в несимметричных: если A -- отец B, то B -- не отец A. Так и
разум
относится к природе иначе, чем природа к разуму.
Я прекрасно понимаю, как мучительно все это для человека, воспитанного
в природоверии. Получается, что природа (хотя бы здесь, на земле) -- вся в
дырках, она как бы перфорирована внеприродным. Прошу вас об одном: не
отбрасывайте книгу, пока не решите, разум ли ваш содрогается или только
чувства и вкус. Я знаю, как глубоко укоренена в нас теперь тяга к единому,
демократическому мирозданию; я сам к нему стремлюсь. Но где гарантия, что
так оно и есть? Не принимаем ли мы за реальность нашу тягу к порядку и
гармонии? Бэкон давно предупреждал, что "человеческий разум в силу своей
склонности легко предполагает в вещах больше порядка и единообразия, чем их
находит. В то время как многое в природе единично и совершенно не имеет себе
подобия, он придумывает параллели, соответствия и отношения, которых нет.
Отсюда толки о том, что в небесах все движется по совершенным кругам"
("Новый органон" 1,45). Вероятно, он прав. По вине самой науки реальность
кажется теперь не такой однородной, как мы думали. Мы больше ждали (и
желали) ньютонова атомизма, чем квантовой физики.
Если вы можете хоть минуту потерпеть эту, новую картину мира, поведем
рассуждение дальше. В каждом человеке есть (сколь угодно малый) участок,
внеположный природе или независимый от нее. По отношению к природе разум
действует и существует сам по себе. Но это не значит, что он
абсолютно
самостоятелен; он может зависеть от чего-то еще. Не зависимость вообще, а
лишь зависимость от неразумного подрывает достоверность мысли. Разум одного
человека помогает мыслить другому -- и не портит его. Мы не знаем, независим