Клайв Стейплз Льюис. Чудо -
13 >
не так. Мы знаем из опыта, что мысль совсем не обязательно порождает все или
даже некоторые мысли, логически связанные с ней, как вывод с основанием.
Хороши бы мы были, если бы не могли подумать "вот стекло", не сделав из
этого всех возможных выводов! Часто мы не делаем ни одного, а все и
невозможно сделать. Придется изменить наш закон. Одна мысль становится
причиной другой, потому что мы видим к ней ее основание.
Если вы не доверяете такой метафоре, подставьте здесь "чувствуем" или
просто "знаем". Разница невелика -- ведь каждое из этих слов напоминает нам
о том, что же такое "мыслить", "думать". Конечно, мыслительный акт --
событие, но особенное. Они всегда "о чем-то", не "о себе", и потому могут
быть истинными или ложными. Простые же события, "ни о чем", ни ложными, ни
истинными не бывают. (Когда говорят: "Факты эти -- ложь", имеют в виду, что
ложен рассказ о них.) Таким образом, умозаключения можно (и должно)
рассматривать двояко. С одной стороны, они -- события, вехи чьей-то
психологической истории. С другой, они -- познание чего-то иного, чем они.
Если смотреть с первой точки зрения, можно сказать в прошедшем времени: "В
следовало в моих мыслях за А". Утверждая же свое умозаключение, мы
непременно скажем в настоящем: "В следует за А", ибо если одно следует из
другого, то это не зависит от времени. Мы не можем отбросить как иллюзию
вторую точку зрения, не обесценив тем самым все человеческое знание. Ведь мы
ничего не способны знать, кроме сиюминутных ощущений, если мыслительный акт
и впрямь не проникает в реальность.
Однако проникает он лишь на определенных условиях. Акт познания в
некотором смысле должен быть обусловлен лишь тем, что уже известно; это и
значит "познавать". Если хотите, назовите это первым "потому что" и