Клайв Стейплз Льюис. Размышления о псалмах -
10 >
(вообще одном из лучших) обвинитель -- Бог (7-23), а в 142:2 мы читаем такие
знакомые слова: "....не входи в суд с рабом Твоим, потому что не оправдается
пред Тобой ни один из живущих". Но это -- исключения. Почти всегда
псалмопевец -- негодующий истец.
По-видимому, он уверен, что его-то руки чисты. Он никогда не причинял
другим тех страшных обид, которые причиняют ему. "Господи, Боже мой! если я
что сделал, если есть неправда в руках моих, если я платил злом тому, кто
был со мной в мире, -- я, который спасал даже того, кто без причины стал
моим врагом: то пусть враг преследует душу мою и настигнет, пусть втопчет в
землю жизнь мою и славу мою повергнет в прах" (7:4-6). Но я ведь ничего
такого не делал! Враги не мстят мне за зло, они "воздают мне злом за добро",
а я поступаю с ними, как требует милосердие (34:12-14).
Конечно, здесь таится опасность. Именно здесь проходит путь к тому
ветхозаветному самодовольству, которое так яростно обличал Спаситель. Скоро
мы об этом поговорим, но сперва я замечу: считать себя правым --
одно,
считать себя праведным -- другое. Никто из нас не праведен, и потому второе
мнение всегда ошибочно. Однако многие из нас, а может быть, и все, бывают в
чем-нибудь правы. Более того, плохой человек может быть прав, хороший -- не
прав. Вопрос о том, Чарли или Томми принадлежит карандаш, никак не связан с
вопросом о том, кто из мальчиков лучше, и не дай Бог родителям впасть в эту
ошибку. (Еще хуже, если они скажут Томми, чтобы он был добрым мальчиком и
отдал Чарли карандаш, хотя Чарли и не прав. Может быть, оно и вправду лучше,
но правда эта -- не ко времени. Вынужденная милость хуже суровой
справедливости. Томми запомнит на всю жизнь, что милость и доброта --
ханжеская уловка, выгодная ворам и любимчикам.) Мы нив коей мере не должны