Джек Лондон. До Адама -
62 >
Постепенно я приходил в ярость. У меня уже выработался к тому времени
свой характер и была известная смелость, хотя она и напоминала смелость
затравленной крысы. Я схватился за палку Красного Глаза руками, но он, с
его страшной силищей, тут же вытащил меня в проход. Он протянул ко мне
свои длинные руки и ногтями вырвал у меня кусок мяса, я резко отскочил
назад и приник к боковой стене, где было сравнительно безопасно.
Красный Глаз снова начал тыкать и размахивать палкой и нанес мне
сильный удар по плечу. Вислоухий лишь дрожал от страха, взвизгивал, когда
его доставала палка, и не оказывал ни малейшего сопротивления. Я искал
глазами тоже какую-нибудь палку, чтобы дать отпор Красному Глазу, но нашел
только обломок ветки не больше фута длиной и в дюйм толщиной. Я швырнул
этот обломок в своего врага. Это не причинило ему вреда, но видя, что я
осмелел, он взревел громче прежнего и начал бешено вращать палкой. Тогда я
нащупал на полу небольшой камень, кинул его и попал Крсному Глазу в грудь.
Этот успех воодушевил меня, а кроме того, я был теперь в таком же
бешенстве, как и Красный Глаз, и уже ничего не страшился. Я отломил от
стены порядочный кусок камня. В нем было фунта два или три весу. Напрягая
все свои силы, я метнул его прямо в лицо Красному Глазу. Я едва его не
прикончил. Он покачнулся назад, выпустил из рук палку и еле-еле не
свалился с утеса.
Вид его был ужасен. По лицу текла кровь, он рычал, скрежетал и щелкал
зубами, как дикий вепрь. Вытерев кровь с глаз, он опять взглянул на меня и
заорал во всю глотку. Палки у него уже не было, и он принялся отламывать
куски камня и кидать в меня. Это пополняло мои боевые запасы. Каждый
камень, прилетевший от него, летел в него обратно, причем я кидал даже