Интересные страницы.

49 >

у  оперения.  Он грыз стрелу,  придерживая ее обеими руками,  чтобы она не
шевелилась в ране,  а я цеплялся за его плечо.  Я часто размышляю над этой
сценой - вот два юнца, совсем еще мальчишки, на самой заре человечества, и
один  из  них,  превозмогая  свой  страх,  подавляя  эгоистическое желание
бежать,  остается на  месте,  чтобы помочь другому.  И  перед моим  взором
проходит все,  что  предвещала эта  сцена:  я  вижу Дамона и  Пифия,  вижу
спасательные команды, вижу сестер милосердия, вижу и вождей, обреченных на
гибель,  вижу  святого Дамиана и  самого Христа,  вижу  всех сильных людей
Земли -  их сила берет свое начало в  грубых чреслах Вислоухого,  Большого
Зуба и других обитателей Юного Мира.
     Когда  Вислоухий перегрыз хвост  стрелы,  ее  легко было  вытащить из
ноги.  Я поднялся, собираясь идти, но сейчас остановил меня уже Вислоухий.
Рана моя сильно кровоточила.  Очевидно,  в  ноге было повреждено несколько
мелких вен.  Дотянувшись до зеленой ветки, Вислоухий нарвал охапку листьев
и заткнул мне рану.  Это помогло,  кровь скоро перестала течь.  И тогда мы
оба двинулись в путь, спеша под защиту пещер.


ГЛАВА VIII

     Я  прекрасно помню первую зиму после того,  как  я  покинул дом.  Мне
часто снится,  будто я сижу,  скорчась,  и дрожу от холода.  Рядом со мной
сидит Вислоухий,  мы прижимаемся друг к другу,  лица у нас посинели,  зубы
стучат.  Чаще всего это бывало утром, перед рассветом. В эти холодные часы
мы почти не спали;  коченея,  мы сжимались в  жалкий комок и ждали восхода
солнца, чтобы хоть немного согреться.
     Когда мы  выходили из  пещеры,  покрытая инеем земля похрустывала под
ногами.  Однажды утром  мы  увидели,  что  воду  в  тех  местах,  где  был
расположен наш водопой, затянуло льдом. По этому поводу мы держали великий

Следующая

49 >