Джек Лондон. "Король греков" -
12 >
близко, что по ветру до нас донеслись голоса Короля греков и его
помощника, ругавших нас со всем презрением, какое истые моряки испытывают
к любителям, особенно если те ведут себя, как последние идиоты.
Словно грозовой шквал, мы пронеслись мимо рыбаков, но ничего не
случилось. Взглянув на мое разочарованное лицо, Чарли усмехнулся и
крикнул:
- На грота-шкот, к повороту!
Он переложил руль на борт, и яхта послушно сделала поворот.
Грота-шкот ослаб и опустился, вслед за гиком пролетел над нашими головами
и с треском растянулся на ракс-бугеле. Яхта сильно накренилась, почти
легла на бок; страшный вопль донесся из каюты: это больных пассажиров
прокатило через всю каюту и швырнуло вповалку на койки правого борта.
Но нам было не до них. Завершив свой маневр, яхта с полоскающимися
парусами двинулась против ветра и встала на ровный киль. Мы снова
понеслись вперед; ялик был теперь прямо перед нами. Я увидел, как Большой
Алек бросился за борт, а его помощник ухватился за наш бушприт. Тут мы
наскочили на ялик, раздался треск, потом еще толчки и удары, когда ялик
очутился под нашим днищем.
- Теперь его карабину крышка, - пробормотал Чарли, бросившись на
палубу, чтобы взглянуть, нет ли Большого Алека где-нибудь за кормой.
Ветер и волны быстро остановили наше движение вперед, и нас стало
относить туда, где мы только что видели ялик. Черноволосая голова и
смуглое лицо грека высунулось из воды чуть ли не рядом, и мы втащили его
на борт. Он ничего не подозревал и был страшно зол на "любителей", которые
столь неуклюжим маневром чуть не утопили его, заставив глубоко нырнуть и
долго оставаться под водой, чтобы не разбиться о киль.
В следующую минуту, к великому ужасу и изумлению владельца яхты,