Джек Лондон. Зеленый Змий -
10 >
сосредоточенно поглядел в канаву и после, по-видимому, глубокого размышления
упал в нее. Это показалось мне верхом комизма: я пошел, спотыкаясь, к
канаве, с твердым намерением удержаться на краю ее. Однако я пришел в себя
на дне ее, причем несколько испуганных девушек принялись вытаскивать меня.
Мне уже не нравилось играть "в пьяного". Я перестал ощущать какое бы то
ни было веселье. Глаза мои заплыли, и я ловил воздух широко раскрытым ртом.
Девушки вели меня с двух сторон, но ноги мои казались налитыми свинцом.
Выпитый алкоголь бил мне по сердцу и по мозгу, как дубина. Если бы я был
слабым ребенком, то я уверен, что он убил бы меня. Как бы то ни было, но я
знаю, что я был ближе к смерти, чем предполагал кто-нибудь из перепуганных
девушек. Они ссорились между собою, обвиняя друг друга в недосмотре;
некоторые из них плакали обо мне, о себе и о постыдном поведении молодых
людей. Но все это меня не интересовало; я задыхался, с трудом ловя воздух;
всякое движение было мучением, еще сильнее затрудняя дыхание. Но девушки
настойчиво заставляли меня идти;до дому же было четыре мили ходьбы. Четыре
мили! Я помню, как неверный взор мой упал на мостик, пересекавший дорогу,
казалось, в бесконечном расстоянии от меня; на самом же деле он был в ста
шагах от нас. Добравшись до него, я упал и лежал на спине, порывисто дыша.
Девушки хотели помочь мне встать, но я был беспомощен и задыхался. Их крики
ужаса привлекли Ларри, пьяного юношу семнадцати лет, принявшегося воскрешать
меня тем, что прыгал по груди моей. Я слабо вспоминаю это и крик девушек,
боровшихся с ним и оттаскивавших его от меня. После этого я уже ничего не
помню, хотя и узнал позднее, что Ларри скатился под мост и провел под ним
ночь. Было уже темно, когда я пришел в себя. Меня несли четыре версты в