Джек Лондон. Ночь на Гобото -
17 >
Итак...
Несколько минут он кое-что быстро писал, а потом начал читать вслух:
"Я должен раз и навсегда запомнить, что каждый человек достоин
уважения, если только он не считает себя лучше других".
"Как бы я ни был пьян, я должен оставаться джентльменом. Джентльмен -
это человек, который всегда вежлив. Примечание: лучше не напиваться
пьяным".
"Играя с мужчинами в мужскую игру, я должен вести себя, как мужчина".
"Крепкое словцо, вовремя и к месту сказанное, облегчает душу. Частая
ругань лишает ругательство смысла. Примечание: ругань не сделает карты
хорошими, а ветер - попутным".
"Мужчине не разрешается забывать, что он мужчина. Такое разрешение не
купишь за десять тысяч фунтов".
Когда Гриф начал читать, Дикон побледнел от гнева. Потом шея и лицо
его начали багроветь, и он сидел красный, как рак.
- Вот и все, - сказал Гриф, складывая бумагу и бросая ее на середину
стола. - Ну как, вы еще хотите играть?
- Так мне и надо, - отрывисто пробормотал Дикон. - Я осел. Мистер
Джи, независимо от того, выиграю я или проиграю, мне хотелось бы
извиниться перед вами. Может быть, всему виной виски, я не знаю, но я
осел, грубиян и хам.
Он протянул Питеру Джи руку, и тот радостно пожал ее.
- Послушайте, Гриф, - воскликнул Джи, - он, право же, парень что
надо. Давай кончим это дело, выпьем на прощание и все забудем.
Гриф хотел было что-то возразить, но Дикон крикнул:
- Нет, я этого не допущу. Играть - так играть до конца. И если
суждено Каро-Каро, пусть будет Каро-Каро. И хватит об этом.
- Правильно, - сказал Гриф, начиная тасовать колоду. - И если он
сделан из крепкого материала, Каро-Каро ему не повредит.
Игра была острая и упорная. Трижды они набирали равное количество